Николай (Ник) Даниилович Перумов — один из самых известных российских фантастов, автор таких произведений, как «Череп на рукаве», «Империя превыше всего», «Не время для драконов» и многих других.

- Вы сделали себе имя, написав продолжение «Властелина Колец»…

- Я стараюсь уйти от этой дурной славы, потому что моя книга- это не продолжение. Первые издатели против моей воли поставили это слово в коммерческих целях. Я бился до последнего, и в конце концов мы сошлись на неуклюжем термине «свободное продолжение». Потом и это было снято. Сейчас мои книги не издаются в сходном оформлении с Толкиеном: они не связаны с «Властелином Колец». Продолжении Толкиена не может быть, потому что его мог написать только один человек — сам профессор Толкиен. Но он начал писать — бросил. Так что продолжения «Властелина Колец» никогда уже не будет.

- Ваши многочисленные попытки объяснить все это поклонникам Толкиена увенчались наконец успехом?

- По-прежнему существуют люди, которые настойчиво повторяют уже семь лет одни и те же аргументы: что вот у Перумова в книге есть такие герои, каких у Толкиена не было. Конечно, нет, ясное дело, что их не было и быть не могло. Моя контркампания какой-то успех имела, но не всех убедила. Сказать, что все недоразумения сняты и все хорошо, я не могу.

- Как вы относитесь к фильму «Властелин колец»?

- Я видел его в Америке. Мы с сыном ходили. Ему очень понравилось — таскал меня три раза. На большом экране это смотрелось действительно хорошо, тем более без нашего ужасного перевода. Как зрелище картина достойная, но ничего общего с книгой она, конечно, не имеет, потому что Питер Джексон очень много переписал. Фразы, которые заимствованы из «Властелина колец» Толкиена без изменений, можно пересчитать по пальцам одной руки. А сколько сцен добавлено! Картину нельзя назвать даже сочинением на тему книги Толкиена. У меня список претензий к этому фильму длинный. Знаете, ведь есть же еще мультипликационный фильм по Толкиену, довольно старый. Первая часть «Властелина колец», ее снял режиссер Ральф Бакшин. Так вот там все сделано довольно близко к тексту.

- Вы сейчас живете в Далласе и работаете по временному контракту. Когда он заканчивается?

- Сейчас я живу на два дома. Половину времени провожу здесь, половину там. Но, конечно, планирую окончательно перебираться в Россию. Я не хочу оставаться там, потому что жизнь в Америке очень тяжела для человека моего склада.

- В чем конкретно состоят трудности?

- Трудность в том, что здесь я известен, мои произведения пользуются популярностью. Вот моя последняя книга напечатана тиражом сто тысяч сто экземпляров. Для фантастики, я считаю, это довольно пристойно. Мне нечего стыдиться этих цифр. А там ты живешь серой жизнью. Да, она тихая, она мирная, она сытая. Но ничего не происходит. Скучно.

- То есть вы готовы обменять скучную, но сытую жизнь…

- В общем, да. В Америке нельзя оставаться самим собой. Нельзя быть писателем. Там необходимо быть сотрудником компании, университетским преподавателем, да хоть мойщиком полов в Макдоналдсе… Там очень трудно быть лицом свободной профессии. Страна полицейская, а после 11 сентября у них просто паранойя. Так называемой свободы в Америке гораздо меньше, чем у нас. Все твои перемещения отслеживаются. Вы что-то покупаете — немедленно попадаете в списки рассылок, вам начинают слать огромное количество рекламы. Что тоже свидетельствует о том, что ваши действия отслеживаются, пусть это маркетинговые организации, но они отследили! У нас этого нет. Иногда говорят, что, дескать, у нас за всеми следит КГБ, но я предпочту, чтобы за мной следило КГБ, чем эти идиоты.

- Имела ли дальнейшее продолжение ваша идея совместного творчества с Марией Семеновой?

- К сожалению, не имела, потому что Маша не ответила на письма.

- С кем-нибудь еще вы хотели бы поработать в соавторстве?